В системе нацистских мест принудительного содержания особое место занимают еврейские гетто. Закрытые территории, где евреев изолировали от нееврейского населения с ужасными условиями жизни. Большинство из них существовали не больше нескольких месяцев, когда немцы закрывали гетто, то расстреливали всех заключенных. Однако в Винницкой области была зона, где евреи могли получить шанс выжить. Далее на yes-vinnytsia.
Почему в Джурине не убивали евреев
При немецкой оккупации территория Винницкой области была разделена на две части: северная была под властью немецких войск, южная принадлежала к румынской зоне оккупации (Транснистрия), они разграничивались по рекам Лядова, Рив и Южный Буг. Джурин же находился под властью румын, которые проявляли меньшую жестокость к гражданским и налаживали порядок с помощью нагаек, а не ружей.
Кроме того, организацией местной еврейской общины занимался раввин Гершель Коральник, благодаря уговорам и договоренностям, своему авторитету, деньгам и другим возможным методам заботился о сохранении жизни всех, кому выпала трудная судьба. Он мог уладить любые делами с кем-либо. В Джурин депортировали около 3-4 тысяч евреев из Буковины, Румынии, Хотина. По распоряжению Гершеля Коральника местные евреи приняли всех депортированных в свои дома, остальные, кому не хватило места, разместили в здании Большой синагоги, а также на складах и в хлевах.
Какова была жизнь в Джурине
Никто не расскажет о жизни в еврейском гетто лучше, чем сами евреи. Так, учительница из хоменковского лицея Иванна Вальчишена смогла разыскать некоторых узников гетто и на основе их рассказов создать документальную киноленту «Из памяти не стереть. Узники Джуринского гетто».
Одной из героинь фильма стала Лидия Трактирщик, которой на момент начала Второй мировой войны было 18 лет. Девушка родилась в румынском городке, который она покинула вместе с родителями и братом в октябре 1941 года, когда фашисты согнали всех местных евреев на железнодорожную станцию. Их разместили в вагонах для скота, не имевших туалетов и окон. Дорога длилась трое суток, без воды и еды, поэтому не все заключенные смогли пережить эти дни. Далее люди должны были добраться до поселка Атаки на границе с Могилевом-Подольским. Тогда уже здесь побывали немцы, оставив горы трупов. На некоторых домах можно было увидеть надписи на иврите «Отомстите за нас!».
Добравшись до Днестра, семье Лидии необходимо было переправиться на украинский берег. Мост через реку был разрушен, работал один паром, а желающих было сотни. Отец Лидии имел при себе папиросы, благодаря которым семью перевезли без очереди. В Могилеве-Подольском посоветовали ехать в Джурин, поскольку там за гетто присматривали румынские солдаты.
Тогда отец нашел немца с машиной, который помог семье доехать до Джурина за швейцарские часы и золотое кольцо. В Джурине семью приютил местный еврей Каральник, выделив маленькую комнату без печки. Через несколько месяцев Кива, впоследствии ставший мужем Лидии, предложил большую комнату. Человек был партизаном и помогал с продуктами и деньгами.
Жилось тяжело, многие умерли от холода, голода и болезней, трупов вывозили возами. Лидия и сама заболела тифом, но смогла поправиться. Евреев использовали как рабочую силу, за проступок могли расстрелять, но шанс выжить был выше, чем у других гетто.
По словам Лидии, евреям очень помогали украинцы, они даже говорили на иврите. Они научили копать картофель и незаметно выносить его. Благодаря этому картофелю и кислым яблокам и удалось выжить. После деоккупации родители вместе с братом и сестрой вернулись в Румынию, а Лидия осталась в Джурине с Кивой.
Как украинцы спасали еврейских детей
В фильме также рассказывается об одной женщине, которая забрала к себе трехлетнюю девочку. Ее еврейское происхождение выказывали только кудри на голове. Поэтому, когда в деревне немцы устроили облаву, женщина схватила ножницы и принялась стричь волосы ребенку. К счастью, она успела кончить и все спрятать, когда солдаты добрались до ее дома. А на вопрос, почему подстрижены волосы, украинка ответила, что из-за вшей. Если гитлеровцы разоблачили женщину, тогда расстреляли бы всех.